anonim_from_rus (anonim_from_rus) wrote,
anonim_from_rus
anonim_from_rus

История про девушку, которую оболгали полицаи

Ко мне обратилась женщина, пусть будет Лариса Пошехонова, хотя на самом деле ее зовут иначе. Она посмотрела мой ролик от 4 ноября, где снято задержание у фасада БКЗ нескольких десятков горожан, часть их которых была националистами, а часть - совершенно посторонние люди. Вот они все стоят, ни у кого нет ни символики, ни мегафонов, ничего.
Snapshot - 97
Но полиция задержала всех.
Snapshot - 107
Потом суд признал взрослых невиновными, зато детей полицаи наказать смогли. Об этом и рассказала Лариса.

Snapshot - 113
«Моя дочь Антонина собиралась покупать билеты на какого-то певца, встречалась там с друзьями, но их схватили и затолкали в автобус. Затем всех привезли в полицейский участок и допросили. Дочь мне потом рассказала, что просто стояла возле БКЗ, но полицейские написали в протоколе, что она участвовала в несанкционированном митинге и кричала антиправительственные лозунги. Я видела ваше видео, из него ясно, что никакого митинга не было, полицейские солгали. Но задержанием дело не ограничилось – спустя месяц после этого случая в училище, где учится моя дочь, пришли полицейские, сказали, что они из уголовного розыска Красносельского РУВД и несколько часов допрашивали мою дочь, требуя от нее признаний, что она экстремист со стажем. В итоге они заставили ее подписать какую-то бумагу, где она признается во всех возможных грехах, а также внесли ее в какой-то страшный список как экстремиста. Ни меня, ни ее отца об этих действиях даже не известили», - рассказала Лариса Пошехонова.
Семья Пошехоновых является многодетной, кроме Антонины, там еще четверо детей разного возраста. Семья небогатая, поэтому нанять адвоката у них не было возможности, да и не рассчитывали Пошехоновы, что придется защищать своих детей от полиции.
«Я думала, что тем задержанием Антонины все и ограничится, однако сейчас готовится заседание административной комиссии, где мою дочку будут судить, будто она совершила какое-то преступление. Меня ждет многотысячный штраф, а дочку – вечное клеймо экстремиста. И все это только потому, что одни полицейские солгали 4 ноября, а другие незаконно допросили моего ребенка», - возмущается мать.
Девочку прессовали прямо в училище, причем не известили о допросе ни мать, ни отца. В итоге она отказалась от предыдущих показаний, которые дала в полиции при задержании, и подписала бумагу, что является экстремистом со стажем и что собиралась протестовать у БКЗ против нелегальной миграции.
Я побеседовал с Динаром Идрисовым, это известный в Питере адвокат, помогающий участникам протестных акций.
«То, что произошло 4 ноября у БКЗ – абсолютный произвол. Согласно законодательству, митинг имеет совершенно определенные признаки. Это, во-первых, использование звукоусилительной аппаратуры, во-вторых, демонстрация символики и скандирование лозунгов, в-третьих, должна быть продемонстрирована массовость. Ничего этого у БКЗ не было – несколько человек, никак не связанных между собой, просто стояли возле фасада здания. Их не имели права задерживать – они ничего противоправного не совершили. Что касается допроса несовершеннолетней, то это вопиющее нарушение закона и те, кто это совершил, должны быть привлечены к ответственности. К сожалению, в административных комиссиях зачастую работают люди, очень слабо разбирающиеся в законодательстве, зато тонко реагирующие на запросы сверху, поэтому очень вероятно, что Антонина Пошехонова будет признана виновной как участник несанкционированного митинга», - рассказал Динар Идрисов.
А еще он рассказал о последствиях включения граждан в так называемый список экстремистов.
«Еще в 90-е годы в России был создан список террористов, который насчитывал примерно 150 человек – это были реальные преступники, действительно опасные лица. Список предполагал множество действий, совершаемых автоматически – например, упоминаемый там человек не может оперировать банковскими счетами, а сейчас – даже оплачивать коммунальные платежи. Тем более нельзя пересекать границу, пользоваться авиа- и железнодорожным сообщением и т.п. Тогда, в 90-е годы, это все было оправдано, поскольку речь шла об опасных преступниках. Но сейчас, после принятия расширительного толкования понятия «экстремизм», в список экстремистов включаются даже участники протестных акций. Больше того, после недавнего принятия Госдумой поправок о том, что не только экстремист, но и родственники и близкие экстремиста могут быть наказаны блокировкой счетов, в России появились тысячи людей, виновных только в том, что они контактируют с неблагонадежными гражданами. Последствия меня, как юриста, просто поражают – к примеру, мой подзащитный Николай Бондарик, недавно внесенный в этот список, не только сам потерял возможность пользоваться банковскими счетами – этой возможности лишили даже его гражданскую жену. Другому «политическому экстремисту» пришлось уволиться из метрополитена, потому что там зарплату перечисляют только безналом, а экстремистам ничего начислить нельзя – даже пенсию. Поэтому детей, которых произвольно записали в экстремисты, тоже ждет печальная участь – они будут лишены возможности работать там, где им хочется, ездить туда, куда им хочется, даже жить там, где хочется. Самое печальное, что попасть в этот список очень просто, а вот удалить из него никого нельзя, это просто не предусмотрено», - рассказал юрист.
Интересно, что когда я рассказал матери Антонины о последствиях прогулки ее дочки к кассам БКЗ, она только рассмеялась.
«Наша семья принадлежит к одной из православных конфессий, отрицающих необходимость использования любых электронных документов. Поэтому никаких банковских счетов у нас и так нет. Если дочку начнут преследовать, мы все просто уедем в деревню. У нас недалеко от города есть ферма, там работает мой муж и мы прекрасно проживем там без лживой полиции, административных комиссий, ювенальной юстиции и прочих изобретений современного государства. Мне не нужно такое государство, которое вместо защиты моей дочери от преступников превращает ее в экстремиста», - объяснила Лариса Пошехонова.

Я с ней сегодня разговаривал, она настроена решительно - подаст жалобы в прокуратуру, ГСУ и суд, а вся семья уезжает в деревню.
Я спрашиваю:
- А если и там достанут?
- Не достанут, - отвечает. - Мы там живем, как в Древней Руси. Все друг друга знаем, все заняты работой, и ни одного гастарбайтера - они нам просто не нужны. И полицаи нас там не возьмут - народ заступится. Это не город, у нас насильничать никому не позволяют.
Такие дела.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments